Муки творчества

Сбежала Муза, блядь гулящая,
Душа молчаньем туго скована,
И дальше жизнь моя пропащая
Уже не будет зарифмована.

я твой портрет, я тень твоя, я твой мираж
безумия и воплощенья страхов безымянный страж
я ангел смерти твой, твой агнец, твой слуга,
я злобный гений твой, ты автор — я строка
сожги меня в костре печей ведущих в ад
ты знаешь, Мастер, рукописи не горят…

лежит поэт в похмелье винном
болят все члены и места
а там внутри душа невинна
чиста

Искусство невозможно замкнуть ни в каких барьерах,
стенах и оградах. Если человек любит искусство, он будет стараться его создавать повсюду.
Даже в камере он будет судорожно пытаться придумать
что-то новое, будет сочинять стихотворения или, в конце концов, начнет выскребать на стенах различные картины, сбивая пальцы
в кровь, все только для того, чтобы привычная ему жизнь,
его творчество, всегда были с ним рядом.

Мучить стыдно бумагу,
Потуги бесплодны мои.
Пишу какую то «шнягу»,
Муза с Пегасом, где вы?

Нет легкости и вдохновения,
Отощала рифма совсем.
Придет ли писать желание?
Да, только бы было зачем…

Милый друг, я знаю, я глубоко знаю,
Что бессилен стих мой, бледный и больной;
От его бессилья часто я страдаю,
Часто плачу в тишине ночной…
Нет на свете мук сильнее муки слова.

Муки творчества — это и есть его радость.

Я не всегда пишу стихотворенья,
Живу, как очень многие из нас.
Но в душу вдруг нисходит озаренье, —
Ко мне с небес спускается Пегас.

Крылатый конь — непостоянный спутник.
Недолго длится весь его визит:
Он сядет в изголовье как попутчик,
Вдруг крыльями взмахнёт и улетит.

Безжалостный, приходит он ночами,
Тревожа и мешая крепко спать.
И я встаю с постели, свет включаю,
Чтоб на бумаге что-то записать.
… показать весь текст …

РОЖДЕНИЕ СТИХОВ

Я срок переходил,
Под серцем плод тяжелый —
Боюсь, что мертвое
Рожу теперь дитя…
А доктора мои —
Ханыги и пижоны,
Им не понять самим,
Чего они хотят.

Стихи стучатся в мир
Доверчиво и властно,
Они сжигают кость
… показать весь текст …

На уроках рисования мне частенько доставалось выносить корзину с бумагами. Делала это я не совсем охотно, можно сказать, даже из-под палки, вернее из-под указки, которой учитель рисования стучал по своему столу.

-Ты снова идешь выбрасывать мусор, — говорил он мне, топая ногой и комкая мой пустой лист, на котором я не удосужилась за весь урок поставить даже точку.

Владислав Иванович, — почтенный лысовато-кудрявый старец, был человеком весьма невысокого роста. Наверняка, он невыразимо стесня…
… показать весь текст …